Советский актив

Советский актив

СОВЕТСКИЙ АКТИВ Сегодня про сталинские репрессии 30-х годов известно многое, но была в них и ещё одна малоизвестная грань — участие самого народа — тех довольно широких масс — кто кричал — «да здравствует!», «одобряем!» и «требуем суровой кары!» — тех кто написал миллионы доносов на своих соотечественников, соседей и даже родственников. Великая Октябрьская Социалистическая Революция уничтожила традиционный мир с его нравственными устоями, горизонтальными связями общества и религиозной моралью. Лучшая часть русского народа погибла в огне гражданской войны — так как погибают первыми всегда лучшие — кто жертвует собой, -попала под топор красного террора в качестве социально чуждых элементов, либо покинула Родину не видя себе места среди рабов и их погонщиков. Место элиты заняли международные авантюристы и выходцы из маргинальных слоёв населения, зачастую как и сам Отец Народов — из уголовной среды. Качественный в нравственном смысле уровень народа сильно понизился, со дна человеческих душ поднялась волна грязи. После пережитой войны, разрухи, голода, раскулачивания и террора сломленное деспотией население пребывало в разложенном и подавленном состоянии между голодом и недоеданием и было занято выживанием. Но некоторые вскоре начали приспосабливаться к новым условиям нового времени — где из главных гарантий социального лифта стало понимание линии партии (которое внизу рассматривалось как понимание желаний начальника), преданность этому самому начальнику и готовность ради этого переступить через мораль — всё это обеспечивало не только безбедное существование, но и карьерный рост за частую стремительный. Сама власть конечно же понимала на какую часть общества делает ставку, — это выразил ещё сам Ильич — «партия не институт благородных девиц и иной мерзавец, именно тем нам и полезен что он мерзавец» — тем самым по выражению И.Л. Солоневича — «ставка на сволочь была сделана прямо и бестрепетно». Запустился механизм отрицательного естественного отбора где на каждой вышестоящей ступеньке оказывались негодяи отсеянные через более мелкое сито. В среде подавленной и голодной народной массы жить было очень не уютно, хотя де юро — эти самые массы правили первой в мире республикой трудящихся, а де факто -были объектом бесконечных социальных экспериментов и просто откровенного грабежа, поэтому вырваться из них хотя бы в относительные верхи было мечтой советского человека. Среди прочих возможностей подняться из низов (трудовые показатели, повышение квалификации, учёба), путь активиста виделся самым перспективным и скоростным. Точкой старта для этого пути были бесконечные советские собрания и митинги на которых требовалось выскакивать петрушкой, — ни ораторских талантов ни собственных мнений для этого не требовалось (собственное мнение было не только во вред, но и смертельно опасно — с ним легко можно было попасть в какой ни будь уклон, загиб или перегиб, а за ним и в концлагерь),- достаточно было выучить несколько фраз из многочисленных советских лозунгов. Но первым серьёзным шагом на этом пути было указать на собрании кто конкретно мешает делу построения социализма — не абстрактные пособники мирового капитализма, а конкретные — рабочий Петров выпускающий брак, или колхозник Иванов прячущий зерно. После этого активиста замечали представители соответствующих органов, после ему давали негласные поручения, а затем и какую ни будь незначительную административную должность с которой и начинался его карьерный рост, но именно этот первый шаг закрывал путь назад, так как даже самая коммунистическая семья не хотела иметь рядом соглядатая, и потому этот шаг был своего рода Рубиконом и не готовые к доносу — не имеющие необходимой твёрдости души об него часто спотыкались. Понимая что пути назад нет активист становился самым преданным цепным псом режима, готовым рвать любого на кого укажет хозяин. Такими активистами из народной среды были наполнены низы административного и партийного аппарата —именно они стали — как выразился Солоневич — приводным ремнём от партии к массам. ГПУ не проникало в толщи народных масс — не хватило бы никаких штатов, но актив проникал во все поры общества — вплоть до затерянных в степи хуторов и таёжных зимовок. Собственно сам донос стал главным способом как карьерного роста, так и выяснения отношений и присвоения чужого имущества. Очень часто активисты использовали донос для улучшения жилищных условий — будь то освобождение угла в коммуналке или же освобождение зажиточного деревенского дома. Таким образом мой прадед — Баранов Александр Иванович проживавший в селе Спасское Клинского р-на по доносу сельского активиста о якобы использовании наёмного труда в производстве дранки — отправился в концлагерь, а в его дом въехал этот самый активист. С началом индустриализации и строительства гигантов пятилеток — хеопсовых пирамид социализма, заранее планировалось количество заключённых для нужд строек, на места отправлялись заявки на аресты- естественно никакой реальной вины для этого не требовалось- единственное что требовалось множество доносов и скоростное фальшивое следствие — тут активисты старались на совесть, притом подкладывая под топор соседа они таким образом пытались обезопасить себя — красный Левиофан всё время требовал жертву и его аппетиты приходилось удовлетворять, подбрасывая ему в пасть свежую пищу, а то если замешкаться то и самому можно было оказаться в его пасти. На самих многочисленных островах ГУЛАГа всё держалось так же на активе — принципы выживания в советской системе в ГУЛАГе срабатывали ещё более ярко, так как именно там и был чистейший коммунизм описанный Марксом — трудовые армии, проживание коммунами, ликвидация семьи и частной собственности, тотальный диктат государства, пусть и формальное но всеобщее равенство. Очень любопытный факт — концлагерь ББК по официальным данным 120 тысяч заключённых (а по неофициальным в два раза больше) управлялся всего 37 чекистами, да и те большую часть времени предавались плотским удовольствиям, — всю реальную управленческую работу делал актив из тех же заключённых, притом на низших ступенях всего лишь за дополнительный пирожок. Но в числе средств поощрения актива высшего уровня были и бани, и усиленное питание, и алкоголь и даже по свидетельствам очевидцев — самые настоящие бардели — и всё это на фоне нечеловеческих условий содержания основной массы заключённых в которых они мёрли как мухи, завидуя даже римским античным рабам. В общем чекистам из лагерного управления оставалось лишь умело играть на человеческих слабостях и пороках… В этих условиях и происходило становление советского общества и выведение новой породы человека — Homosovetikus – отличительными чертами которого стало обожествление начальника, преклонение перед любой деспотией и страх в глазах, неспособность самостоятельно мыслить, действовать, вести хозяйство, зависть, ненависть, показуха, очковтирательство, халтура (к стати термин халтура появился в лагере ББК), воровство на рабочем месте и естественно склонность к доносам и кляузам. Именно эта советская ментальность и не дала стране нормально развиваться, не дала создать гражданское общество, свободную экономику, открыть новые производства и в конце концов паровоз истории покатился назад по рельсам советского прошлого. Сегодня актив нового поколения пытается вытащить из преисподней своего идола Сталина, политический труп которого так и не был похоронен. В прочем по другому быть и не могло -слишком глубоко зашли процессы социальной мутации и слишком долго они длились— это предсказывал еще много лет назад великий русский мыслитель и публицист И.Л. Солоневич — досконально изучивший механизм советского общества (не гарантирую точности цитаты) — коммунизм когда ни будь рухнет, но не останется людей способных мыслить и жить иначе — и советские порядки вернутся…